СТАТЬИ

Алексей ПРИГАРИН

КРИЗИС ПЕРЕД ВОЗРОЖДЕНИЕМ

О коммунистическом движении в России     

1. Нас много, но...
2. Истоки многопартийности
3. Разные судьбы
4. "Коммунисты"
5. Консерваторы-сталинисты и немного троцкистов
6. Марксисты

    Характеристики основных течений в коммунистическом движении
7. Перспективы выздоровления
8. Наша стратегия


Коммунистическое движение России переживает тяжелые времена. Число голосов поданных за коммунистов в последние годы на различных выборах последовательно сокращается от 30-35 до 14 процентов проголосовавших, то есть всего до 10 процентов тех, кто имеет право голоса. Между тем, по данным многих социологических опросов, приватизацию отрицательно оценивают почти 80 процентов граждан, 70 процентов выступают за пересмотр ее итогов и восстановление ведущего положения госсектора, социальных гарантий и других преимуществ недавнего прошлого. Огромный (с точки зрения здравого смысла) разрыв между семидесятью и десятью процентами свидетельствует том, что коммунистам не удалось реабилитировать сами понятия "коммунисты" и "социализм" в глазах более чем половины населения страны, разделяющего, в то же время, социалистические ценности. Не удалось потому, что под коммунистами люди представляют себе именно тех, кто развалил страну и неплохо устроился в новом режиме, а под социализмом, тот "реальный" социализм, который был раньше.

И это - конечный результат того системного - организационного, идеологического и политического кризиса, который охватил все коммунистическое движение в целом.

Безусловно, против коммунистов действуют факторы, от нас не зависящие. Абсолютное господство буржуазного режима в средствах массовой информации (особенно электронных), использование "административного ресурса", включая прямую фальсификацию итогов голосования, скудные материальные и финансовые возможности компартий, ставят их в крайне тяжелое положение. Но в таком же положении всегда находились все революционные движения накануне всех революций. Поэтому корни кризиса и способы его преодоления необходимо искать в самом коммунистическом движении. А для этого назвать вещи своими именами, без оглядки на сегодняшние авторитеты.

Нас много, но...

Организационный кризис в первую очередь проявляется в известной всем коммунистической многопартийности. Помимо КПРФ в России действуют пять-шесть относительно известных партий (ВКПБ, КПСС - в количестве трех, РКП-КПСС, РКРП-РПК, "Трудовая Россия"), еще несколько совсем небольших и около десятка общественных организаций коммунистической ориентации.

Во-вторых, компартии, как на федеральном, так и на региональном уровнях, не желают либо не способны действовать совместно, как единая сила. КПРФ, из-за своих идеологических установок, постоянно ищет союзников справа (и постоянно на этом обжигается). Левые компартии много сил отдают междоусобной теоретической полемике, вообще говоря, естественной, неизбежной и полезной. Но у руководителей-догматиков она доходит до сектантства - прямой вражды и отрицания самой возможности совместных действий.

В-третьих, существенная составляющая организационного кризиса - внутреннее напряжение, то открыто прорывающееся, то уходящее вглубь, но существующее практически в каждой из партий. И это также следствие идеологической "разношерстности". В ходе возрождения компартий (конец 1991-1993 годы), большинство коммунистов не видело (да и сейчас не видит) между ними особой разницы. Новые партии формировалась из людей мужественных и убежденных, но не делавших осмысленного выбора наиболее близкой по взглядам организации. В результате, хотя в каждой партии и преобладает то или иное идейное течение, но, где в большей, где в меньшей степени, имеются свои "коммунистические диссиденты". И это - одна из главных причин многих внутрипартийных конфликтов. Особенно пестр в этом отношении состав КПРФ. Спасало ее от раскола только сила притяжения больших чисел, притяжение "большой" партии. Но и это не избавляет ее от периодических внутренних кризисов. Что уж говорить об остальных, не имеющих этого преимущества.

В-четвертых, результативность действий компартий остается низкой из-за большого удельного веса в их составе - не менее двух третей - людей пенсионного возраста. Многие из них, даже те, кто продолжает активную деятельность, испытывают энергетический и волевой дефицит. Более того, их менталитет, привычки, методы, стиль работы, сложились в позднесоветский период. И это менталитет не борца и революционера, а гражданина благополучного общества, который честно трудится на благо страны, своевременно посещает партийные собрания и выполняет партийные поручения. Все эти факторы, плюс разочарование в ожиданиях скорой победы, и стали причиной последовательного, на протяжении целого ряда лет идущего сокращения численности всех без исключения компартий. И хотя буквально в последние год-два наметился приток в движение больших групп молодежи, общая негативная тенденция сохраняется.

Истоки многопартийности

Многообразие коммунистических организаций возникло в условиях, когда общее партийное руководство, как на общесоюзном, так и на республиканском уровнях, было предательски разрушено. Однако, различные идеологические течения образовались, а еще точнее - проявились еще в 60-е годы прошлого века. Многие помнят журнальную полемику того времени, борьбу партийных "аппаратчиков" старой закалки со свежим ветром, который принесла "оттепель".

А за крепкими спинами старых сталинистов уже пробивалась совсем иная поросль. "Русский орден" в ЦК партии" - назвал свою статью, не так давно опубликованную в газете "Завтра", бывший комсомольский работник, директор издательства "Молодая гвардия" и писатель Валерий Ганичев. В ней подробно рассказывается, как под коммунистическими знаменами формировалось "русское национальное движение". Вот один из эпизодов. Члены "Советско-болгарского клуба творческой молодежи", ставшего, как пишет Ганичев, "крышей" для "центра людей, занимающих определенные должности и владеющих русским национальным сознанием" летят из Тбилиси в Москву. И, продолжает автор, "...Вадим Кожинов и Сергей Семанов...встали где-то над Краснодаром со своих кресел и заявили: "Мы пролетаем над землей, где героически погиб Лавр Корнилов, просим всех встать!" И все встали, даже секретарь ЦК ВЛКСМ Камшалов постоял. А это все-таки 1972 год был...Русское патриотическое направление, - откровенничает Ганичев, - проявлялось на самом высшем уровне в Политбюро ЦК и было связано с такими громкими фамилиями как Шелепин, Мазуров, Машеров, Полянский...". Но естественно, что если есть "русское национальное движение" под коммунистическими знаменами, то не может не быть аналогичных, только украинских, латышских, татарских и тому подобных националистических движений в других союзных и даже автономных республиках.

В такой же латентной форме внутри внешне монолитной КПСС развивались и другие идеологические течения: от консервативных, ориентированных на идеалы и ценности сталинского периода, до социал-демократических и далее, до буржуазно-либеральных. Недаром М. Горбачев на одном из последних (до переворота 1991 года) пленумов ЦК открыто заявил, что в зале присутствуют две, или даже три разные партии. И чем дальше, тем больше внутри КПСС (прежде всего, в партийной номенклатуре) ослабевали группы, сохраняющие приверженность классическому марксизму-ленинизму.

К 1990 году ранее сложившиеся идеологические течения стали приобретать организационные формы: движения, платформы, клубы. Практически сразу после августа 1991 года Движение "Коммунистической инициативы" преобразовалось в Российскую коммунистическую рабочую партию (РКРП), из которой впоследствии выделилась "Трудовая Россия". Марксистская платформа в КПСС стала родоначальницей сразу трех организаций (это в одной России, не считая Украины и других республик): Союза коммунистов, преобразованного затем в Российскую коммунистическую партию-КПСС (РКП-КПСС), Российскую партию коммунистов (РПК), объединившуюся позднее с РКРП и движение "Альтернативы". Большевистская платформа в КПСС стала ВКПБ, а Демократическая платформа в КПСС - Республиканской партией. Официальные структуры КП РСФСР, пройдя промежуточный этап в виде Социалистической партии трудящихся, сформировали КПРФ.

Разные судьбы

Все эти партии (кроме Республиканской) опираются, в основном, на общую социальную базу - новый пролетариат, включающий всех людей наемного труда. Однако сам этот пролетариат достаточно разнороден: от деклассированных элементов до специалистов высшей квалификации. Самые обездоленные слои трудящихся проявляют наибольшую решительность в борьбе с режимом. Вместе с тем именно эта часть подвержена ностальгическим настроениям, не склонна к критическому осмыслению предыдущего опыта, считает ненужным переход на более высокую ступень социализма.

Те группы коммунистов, которые занимали руководящие посты в экономике, культуре, государственном и партийном аппарате и в той или иной степени сохранили свое положение проявляют осторожность в политической борьбе, тяготеют к соглашательству, социал-демократическим ценностям и национал-патриотизму. К примеру, трудно себе представить "красных" губернаторов или директоров членами "Трудовой России", или наоборот, основную массу трудороссов в составе КПРФ. РКРП делает основную ставку на рабочих, а РКП-КПСС - на массовую интеллигенцию.

Итак, разные социальные группы внутри, казалось бы, единого класса порождают различные течения внутри, казалось бы, общей идеологии, а те, в свою очередь - разные партии. Само по себе это не основание для пессимизма. Раздробленность пролетариата и его политических организаций вещь не новая - более того, естественная и неизбежная. Достаточно вспомнить хотя бы первые десятилетия ХХ века. Ленин выделял, и даже не в пролетариате в целом, а именно в самом рабочем классе, четыре группы. Первая - сознательные передовые рабочие - небольшой слой, по определению Ленина, "рабочей интеллигенции", авангард рабочего класса. Вторая группа - основная масса рабочего класса, способная не только к отстаиванию своих непосредственных экономических интересов, но и к пониманию коренной противоположности труда и капитала. Третья - наименее развитые, низшие слои, проникнутые "...тем буржуазным и глубоко реакционным убеждением, что кроме прибавки платы...рабочий не может и не должен интересоваться ничем более..." И, наконец, рабочая аристократия - слой обуржуазившихся рабочих - "...главная социальная опора буржуазии..." (Ленин). Поэтому лозунг "один класс - одна партия", не более, чем "прекраснодушный" пережиток "единой" правящей КПСС.

Далее. При анализе ныне действующих компартий следует, учитывать, что хотя, как уже говорилось, в той или иной партии чаще всего преобладает определенное течение (по крайней мере, как тенденция), но, во многих случаях, взгляды “вождей”, судя по их статьям и выступлениям, - это одно, официальные документы партии - другое, а реально проводимая ими политика - уже третье.

Само по себе то, что современное коммунистическое движение предельно идеологизировано - огромный плюс. Компартии не являются партиями власти в отличие от "старой" КПСС или тем более, от новорожденной "Единой России". Позиции подавляющего большинства их членов не замутнены корыстными соображениями. Но если в движении сосуществуют, пусть временно, взаимоисключающие идеологические течения, то оно подрывается в самой основе. Поэтому главную причину общесистемного кризиса следует искать в кризисе идеологическом.

Мы по праву гордимся прорывом в будущее, совершенным Советским народом. И вела его КПСС. Но историческая трагедия в том, что, оторвавшись от народа и оттолкнув его от себя, она же привела и его и себя к тяжелейшему поражению. Говорят, "разбитые армии хорошо учатся". Похоже, что к нам это, к сожалению, не относится. Главное, - коммунисты ни на йоту не изменили идеологические штампы поздней КПСС, как будто и не было трагедий 90-х годов. Решающая политическая ошибка практически всех компартий - в отсутствии жесткого анализа причин, по которым в 1989-1991 годах значительная часть рабочего класса активно выступила против Советской власти и КПСС. Причин, почему большинство интеллигенции оказалось на стороне наших врагов. Причин, по которым и сегодня, после десяти лет "наглядных уроков" капитализма, "внести социалистическое сознание в рабочее движение" нам предстоит практически заново.

Анализ этой трагедии с неизбежностью выявил бы реальные противоречия, недостатки и слабости того общества, в котором жила страна до 1991 года. Их открытое и честное признание вернуло бы коммунистам доверие народа. Однако мы не захотели это сделать. Большинству казалось и кажется до сих пор, что это означает присоединение к хору клеветников и очернителей нашего прошлого. Но вспомним Ленина, - он не боялся в самые тяжелые годы откровенно говорить, что у нас "государство рабочее с бюрократическими извращениями". Он не боясь радости врагов, разносил "коммунистическую сволочь" и коммунистическое чванство. Я убежден, что сегодняшнее коммунистическое движение получило в наследство от "поздней" КПСС вот это самое "комчванство", нежелание видеть и признавать как вчерашние, так и новые ошибки. Между тем без критического анализа советского прошлого, невозможно выработать программу социализма XXI века, социализма на новом этапе его развития. Программу, которую как свою принял бы народ. А без нее мы так и будем держаться на ностальгических воспоминаниях, кто о временах Брежнева, кто о временах Сталина, а кто и вовсе о новгородском вече, как идеале народовластия.

"Коммунисты"

Строго говоря, движение, которое сегодня принято называть коммунистическим, на самом деле таким не является. Если исходить лишь из формальных признаков, то это те партии и организации, которые именуют себя "коммунистическими", либо "революционными", "марксистскими", "рабочими" и т. п. Но, как хорошо известно, самоназвание организаций, часто не имеют никакого отношения к их действительной идеологии. Особенно во времена, когда публичная политика приобретает характер фарса. "Дистиллированный" пример - Либерально-демократическая партия Жириновского. Немногим ему уступает и бывшая "Демократическая Россия", призвавшая в 1993 году к расстрелу Верховного Совета.

Точно так же к коммунистическому движению относят себя такие идейные течения, которых и Маркс и Ленин не подпустили бы к себе на версту. Сегодня в нем смешаны идеи научного коммунизма и православия, признание реальностей постиндустриальной эпохи и патриархальная риторика, лозунги международной солидарности и казенный патриотизм, призывы к равенству народов и националистические установки, любовь к народовластию и к сталинским порядкам одновременно. Это превратило движение в аморфную, не способную к единым действиям и лишенную энергии массу.

Анализ густо перемешанных идейно-политических течений позволяет выделить не менее пяти, причем два из них и не скрывает своего отказа от марксизма.

Первое из классических "некоммунистических" течений в коммунистическом движении - социал-демократическое. Конечно, современная социал-демократия - это широкий спектр различных политических течений, от левых социалистов до патологических антикоммунистов типа А. Яковлева. Различий между ними не меньше, чем между отдельными течениями в коммунистическом движении. А так как организационная граница между коммунистами и социал-демократами не проведена, то сложилась своеобразная диффузионная зона взаимопроникновения, в которой левые социалисты занимают более "коммунистическую" позицию, чем правые коммунисты.

Тем не менее, социал-демократические течения, как вне коммунистического движения, так и внутри его исповедуют, как правило, некоторые общие принципы. Основные из них:

Идеал для социал-демократов - "шведский социализм". Собственно говоря, о социализме речь уже не идет: все шире используется и пропагандируется новый термин - "социальное государство". Наиболее известным представителем этого течения в коммунистическом движении до недавнего времени был Г. Селезнев и его группа, затем эту роль принял на себя С. Глазьев, который формально не был членом партии, но входил в Думе во фракцию КПРФ и считался главным автором ее экономических программ. Наконец сейчас, лидером социал-демократического направления, опять-таки в рамках комдвижения, стал Г. Семигин.

Второе, и, пожалуй, наиболее мощное из "немарксистских" течений (мощных - ибо его возглавляют такие видные лидеры и идеологи как Г. Зюганов, Ю. Белов, В. Чикин, А. Проханов) - не имеет пока устоявшегося названия. Его руководители не готовы еще отказаться от коммунистического названия, - которое, как сейчас принято говорить служит "брендом". Если опираться на труды его идеологов, в первую очередь Г. Зюганова, то это течение следует характеризовать как "неонародническое". Оппоненты же дают ему разные определения: национал-коммунизм, национал-меньшевизм, социал-национализм, русский социализм, православный социализм и т. п. Его ориентиры: слияние "белого" и "красного" идеалов, "общинность, соборность, народность", отказ от интернационализма, союз с церковью. Вот одно из характерных высказываний Г. Зюганова: "Воссоединив "красный" идеал социальной справедливости, являющийся в своем роде земной ипостасью "небесной" истины, гласящей, что "пред богом все равны", и "белый" идеал национально осмысленной государственности, воспринимаемый как форма существования многовековых народных святынь, Россия обретет, наконец, вожделенное общественное, межсословное, межклассовое согласие и державную мощь, завещанную десятками поколений предков...".

С содержательной точки зрения, это течение есть, по Марксу, "реакционный социализм". В Западной Европе еще в начале 19-го века возникла так называемая "реакционная критика" капитализма. Острая оценка этого направления дана в "Коммунистическом Манифесте". Вот, что говорится в нем о "мелкобуржуазном социализме" как об одной из разновидностей подобного социализма:

"В таких странах как Франция, где крестьянство составляет гораздо более половины всего населения, (как недавно еще в России - А. П.) естественно было появление писателей, которые, становясь на сторону пролетариата протии буржуазии, в своей критике буржуазного строя прикладывали к нему мелкобуржуазную и мелкокрестьянскую мерку и защищали дело рабочих с мелкобуржуазной точки зрения. Так возник мелкобуржуазный социализм... Он разоблачил лицемерную апологетику экономистов. Он неопровержимо доказал концентрацию капиталов и землевладения, неизбежную гибель мелких буржуа и крестьян, нищету пролетариата, анархию производства вопиющее неравенство в распределении богатств, истребительную промышленную войну наций между собой, разложение старых нравов, старых семейных отношений и старых национальностей.

Но по своему положительному содержанию этот социализм стремится или восстановить старые (то есть добуржуазные - А. П.) средства производства и обмена, а вместе с ними старые отношения собственности и старое общество, или - вновь насильственно втиснуть современные средства производства и обмена в рамки старых отношений собственности... В обоих случаях он одновременно и реакционен и утопичен".

Полтораста лет спустя реакционный мелкобуржуазный социализм возродился в России. Разумеется, он возник уже в "русском" варианте, но суть его осталась неизменной. Талантливо разоблачая всю мерзость сегодняшнего криминального капитализма, он ищет свой идеал в патриархальности добуржуазной России. Отсюда сознательно и широко пропагандируемые идеи, образы и символы дореволюционного периода. Отсюда идеологическая опора на славянофильство, русских религиозных и белоэмигрантских философов.

Это направление играет на оскорбленных социальных и национальных чувствах русского народа, и, прежде всего, находит отклик у самой отсталой части трудящихся. Оно полностью дискредитирует коммунистическое движение и создает питательную почву для заражения его национал-социализмом, что особенно опасно.

Сейчас становится все более очевидным, что "чисто" фашистские и национал-социалистические движения, несмотря на объективно работающие в их пользу факторы, шансов на успех не имеют. Другое дело неспешная, но постоянная инфильтрация в массовое сознание ксенофобии, антизападнических, антикавказских, антисемитских и тому подобных идей, одетых в патриотические и социалистические одежды. Здесь без труда можно было бы привести соответствующие цитаты и из монографий Г. Зюганова и из буквально каждого номера газеты "Завтра", которая служит неофициальным органом этого "псевдо-коммунистического" течения. Но самым убедительным доказательством проникновения национал-социалистической заразы в коммунистическое движение стало включение в предвыборное соглашение о создании блока "КПРФ" требования о введении национально-пропорционального представительства "коренных" народов России во всех органах власти.

Позиции социал-демократов и национал-коммунистов совпадают по двум принципиальным вопросам. Во-первых, и те, и другие - за сочетание многоукладности экономики с определенными социальными гарантиями для трудящихся. Во-вторых, оба течения исповедуют принцип "Россия исчерпала лимит на революции". Вот откровенные слова И. Мельникова, второго человека в КПРФ, из его доклада на XV пленуме ЦК КПРФ (март 2004 года): "Действительно, с целью сохранения важного для любой оппозиции политического влияния и недопущения социального кризиса в стране нам приходилось идти на компромиссы с властью". Повторю, чтобы не забывали: "с целью... недопущения социального кризиса...". И далее еще одно признание: "Так или иначе, сегодня следует честно признать, что, не имея условий для реализации своей социально-экономической политики, но одновременно обезопасив на тот момент общество от авантюрных грабительских реформ, мы содействовали в какой-то мере стабилизации режима, сами косвенно способствовали торможению массового протеста" (выделено И. Мельниковым). Бог судья, насколько КПРФ обезопасила народ от грабительских реформ, но честность И. Мельникова заслуживает искреннего уважения.

Тем не менее, факт, что эту политику компромисса совместно и "единогласно" проводили и социал-демократ Селезнев и национал-коммунист Зюганов. Вот почему зачастую эти два течения смешивают, и "национал-коммунистическое" также называют социал демократическим, (как и самого Зюганова - социал-демократом). Это грубая ошибка.

Социал-демократия - европейская идеология, порожденная индустриальной эпохой. В ней существенное место занимают свобода и права личности. Эта "правая" ветвь марксизма, отходит от него со временем все дальше и дальше, но до сих пор сохраняет его родимые пятна. Кто у социал-демократов справа? Неолибералы, признающие ограниченное вмешательство государства в экономику и необходимость определенной социальной защиты (подобно Явлинскому) и, далее - "чистые" либералы образца XIX века.

Национал-коммунизм органически ненавидит все, что идет с Запада. Его идеологические корни в "гениально сформулированным, - по словам Зюганова, - лозунге "Самодержавие. Православие. Народность". Кто в политическом спектре является соседями национал-коммунистов справа? "Цивилизованные" националисты типа Рогозина и Бабурина, далее "крутые" вроде Национально-державной партии, и еще в шаге - уже "нормальные" нацисты.

Оба названных течения господствуют в КПРФ, ставя ее фактически вне коммунистического движения. Разумеется, КПРФ пока еще остается партией левой оппозиции. В ней действуют тысячи коммунистов, не разделяющих взглядов своих руководителей, и еще больше - просто коммунистов "чувства", не делающих различия между течениями и просто, считающих своим долгом противодействовать режиму в составе самой сильной из оппозиционных партий.

Консерваторы-сталинисты и немного троцкистов

Но и в той части коммунистического спектра, которую традиционно считают левой, господствуют идейный разброд и шатания. Их диапазон - от маоизма и троцкизма до консервативного коммунизма, чаще всего выступающего под сталинскими знаменами. Однако, если первые представлены небольшими группами, не влияющими существенно на движение, то последний среди "левых" коммунистов сегодня преобладает.

В то время как национал-коммунисты опираются на ценности "позавчерашнего" дня, консерваторы, оставаясь верными идеям социализма, - на образы недавнего прошлого. Жажда социального реванша, возвращения попранной гордости за свою страну, восстановления порядка, - вот, что заставило тысячи людей вспомнить о Сталине и его эпохе. И все же очевидна разница между стихийной ностальгией по сталинскому времени массы людей, особенно пожилых, и сталинизмом, как идейном течении в коммунистическом движении.

Что такое сталинизм сегодняшний? Это течение, которое:

Эти принципиальные установки предопределяют крайний догматизм и сектантство современного сталинизма, придают ему вульгарный, примитивный характер. За исключением, пожалуй, Н. Андреевой, всегда принципиально и последовательно отстаивавшей Сталина, другие нынешние "идеологи" сталинизма попросту пытаются эксплуатировать возникшие настроения, грубо говоря, паразитируют на них. На протяжении последних лет глашатаем этого течения стал лидер "своей" СКП КПСС, а теперь уже "своей" КПСС - О. Шенин.

Вот краткие иллюстрации. В докладе на недавно прошедшем XXXIII съезде СКП КПСС Шенин в разделе, относящемся к советской истории, в частности утверждал, что голод 1931-1932 годов стал результатом саботажа самих крестьян и даже позволил себе заявить: "К тому же, по воспоминаниям особенно много, в основном детей, умерло не от голода, а от переедания, когда появился хлеб нового урожая". Надо ли комментировать подобный цинизм? Естественно, что, по его мнению, в ходе сталинских репрессий уничтожили, вполне справедливо, "в огромном большинстве прямых и скрытых врагов Советской власти".

Антисемитизм - еще одно, почти неотъемлемое свойство вульгарного сталинизма. Тому же Шенину принадлежат слова о "психологической агрессии, вроде мифа о холокосте", и о необходимости раскрыть образ сионизма, как "главного врага социалистической революции". Это даже забавно - не мировой империализм, не российская буржуазия, а именно сионизм - главный враг! Но в своем роде рекордным стало утверждение в только что утвержденной Программе новосозданной Шениным "КПСС": "...империалистическая реакция, мировой сионизм,.. потерпев неудачу в деле военного разгрома СССР, переключились на идеологическую, технологическую, финансовую войну против СССР". Потерпев неудачу! И Гитлер у этих "коммунистов" оказался сионистом!

Однако главный, основной признак, отличающий вульгарных сталинистов, в какой бы партии они не состояли сегодня - это убежденность в том, что социализм в СССР начал разлагаться немедленно после смерти Сталина, по воле сменивших его руководителей. Даже меры совершенно необходимые в условиях возросших масштабов народного хозяйства, усложнения производственных связей, внедрения новой техники, повышения роли науки, совершенно иного, чем до войны образовательного уровня, культурного и политического кругозора народа, даже эти действия, рассматриваются как направленные на капитализацию страны. Ослабление пресса на крестьянство, предпринятое Маленковым, практически все преобразования Хрущева (действительно не всегда продуманные), экономические реформы Косыгина и т. д. - все ставится им в вину. И, конечно, XX съезд, "нанесший по социализму смертельный удар огромной разрушительной силы" (О. Шенин).

Характерно, что нынешние партийные руководители, сделавшие карьеру еще в период "застоя", который непосредственно и привел страну к кризису, относятся к Брежневу значительно мягче, чем к Хрущеву. А ведь эпоха "оттепели" была временем социального оптимизма, прорыва в космос, массового трудового подвига молодежи при освоении целины и на ударных комсомольских стройках, достижения новых высот в науке и искусстве. Эта эпоха была партийной бюрократией придушена вместе с Хрущевым и никогда более не возрождалась.

И если к национал-коммунистическому крылу подходит оценка Маркса "мелкобуржуазного социализма", то к консерваторам, - то, что сказано о другой ветви реакционного социализма - "феодальному социализму". Прочтите, пожалуйста, следующие слова "Коммунистического манифеста", заменяя термин "аристократия" на "партийная номенклатура":

"Чтобы возбудить сочувствие, аристократия должна была сделать вид, что она уже не заботится о своих собственных интересах и составляет свой обвинительный акт против буржуазии только в интересах эксплуатируемого рабочего класса. Она доставляла себе удовлетворение тем, что сочиняла пасквили на своего нового властителя и шептала ему на ухо более или мене зловещие пророчества.

Так возник феодальный социализм: наполовину похоронная песнь - наполовину пасквиль, наполовину отголосок прошлого - наполовину угроза будущего, подчас поражающий буржуазию в самое сердце своим горьким, остроумным, язвительным приговором, но всегда производящий комическое впечатление своей полной неспособностью понять ход современной истории.

Аристократия размахивала нищенской сумой пролетариата как знаменем, чтобы повести за собой народ. Но всякий раз, когда он следовал за нею, он замечал на ее заду старые феодальные гербы и разбегался с громким и непочтительным хохотом".

И точно так же "консервативное" течение, включающее не только вульгарных сталинистов, но и просто ностальгирующих людей, решительно отвергает нынешний режим, активно зовет к восстановлению социалистического общества. Но именно в том виде, каком оно было ранее. Исповедуя на словах основные принципы марксизма-ленинизма, оно полностью отказывается от марксистского анализа противоречивых процессов социалистического строительства в СССР и тех, что развертываются в мире сегодня.

Повторим - мы по праву гордимся достижениями Советского народа. Но и всякие попытки приукрасить историю СССР, "отлакировать" ее, чрезвычайно опасны. Миллионы людей видят неправду в этих попытках и теряют доверие не только к их авторам, но и ко всем коммунистам. И, главное, подавляющее большинство трудящихся, поддерживая все основные ценности социализма, не хочет возврата во времена тотального контроля за гражданами, физического подавления оппозиции, бесконтрольности власти, культа вождей - того, что составляло "отрицательную специфику" сталинской системы управления. Вот почему вульгарный сталинизм компрометирует все коммунистическое движение, обрекая его на постепенное вырождение. Вот почему примитивный, "услужливый" сталинизм становится "...опаснее врага".

На противоположном фланге левой части коммунистического движения действуют небольшие разрозненные партии и группы радикальных коммунистов: "госкаповцев", маоистов, геваристов, троцкистов, анархо-коммунистов и т. п. Их объединяет (при непрерывных внутренних распрях) повышенная "революционность", крайне критическое отношение к советскому периоду, КПСС и ее лидерам (за исключением Ленина), полное отрицание каких-либо полезных функций у буржуазного государства вообще и тем более у сегодняшнего Российского и "ультра-интернационализм", доходящий до принципиального антипатриотизма.

Следует, однако, признать, что в составе этих групп преобладает молодежь и, уже в силу этого - высокая энергетика и готовность к прямым актам сопротивления. Тем не менее, влияние "радикалов" на коммунистическое движение невелико и вряд ли имеет шансы на быстрый рост.

Марксисты

И последнее, пятое течение - творческого марксизма, к которому отношу себя и я. Ортодоксальные, а значит творческие марксисты исходят из того, что диалектико-материалистическая теория общественного развития, созданная Марксом - не свод утопий или догм. Это живая наука, постоянно развивающаяся по мере изменения окружающего мира и его познания. Применение марксистской диалектики для анализа прошлого и современной действительности, понимание сложности и противоречивости идущего исторического процесса - это то, что отличает марксистов от других течений. Внутри марксистского течения также нет единства, но нас объединяет, ряд принципов, которые легли в основу недавно созданной Ассоциации марксистских организаций. Вот эти принципы (с небольшими сокращениями):

  1. Мы боремся против любых видов эксплуатации человека человеком. Принципиальное отрицание эксплуатации человека человеком - это то, что разграничивает нас с теми левыми организациями, которые руководствуются социал-демократической идеологией соглашательства с классом эксплуататоров.
  2. Мы - за социалистическую революцию, как коренное изменение существующего строя, невозможное без замены власти буржуазии властью трудящихся. Этот принцип разграничивает нас с теми, кто доказывает ненужность и невозможность революций и, тем самым, увековечивает капитализм.
  3. Мы - интернационалисты. Выступая за право каждой нации на развитие, за взаимопомощь и сплочение народов всего мира, мы непримиримо относимся к любым формам шовинизма и национализма. Мы - за сплочение трудящихся всех национальностей на классовой основе. Этот принцип разграничивает нас с националистами любых оттенков, со всеми, кто проповедует превосходство одной нации над другими.
  4. Мы - за общество реальной социалистической демократии, в котором не только юридически, но и практически обеспечены политические права граждан и трудовых коллективов, созданы условия для свободы творчества во всех областях человеческой деятельности. Признание политической и производственной демократии естественным следствием общественной собственности, и в то же время, условием её эффективного функционирования - это то, что отличает нас от "ультралевых" организаций, считающих диктаторские методы единственным средством революционных преобразований общества
  5. Мы - сторонники атеистического мировоззрения, против заигрывания с религией и любыми видами идеализма и будем разъяснять их антинаучную и псевдогуманную сущности с позиций материализма, выступая за отделение церкви от школы и государства.
  6. Наши нравственные идеалы - коллективизм, социальная справедливость и гуманизм. В конечном счёте, все экономические и социальные преобразования нужны только для того, чтобы устранить причины корысти и лжи, вражды и ненависти, чтобы люди могли проявлять свои лучшие качества
  7. Стремясь к объединению всех коммунистов России, стоящих на позициях научного коммунизма, на ленинских принципах, мы отрицаем как левое сектантство и догматизм, так и оппортунистический уклон, ведущий к примирению с буржуазным режимом.

Главная слабость марксистского течения сегодня - это "распыленность" его сторонников по всем коммунистическим партиям и организациям. Создание Ассоциации марксистских организаций из трех небольших партий (РКП-КПСС, Левой партии "Коммунисты России", Региональной партии коммунистов) и пока еще только виртуально существующей Новой коммунистической партии - первая попытка установить контакты между марксистами, состоящими сегодня в разных партиях. Стоит отметить, что лидеры всех трех названных партий - выходцы из Марксистской платформы в КПСС, образца 1989-1992 годов.

Характеристики основных течений в коммунистическом движении могут быть с некоторыми неизбежными упрощениями представлены в следующей таблице.

Характеристики основных течений в коммунистическом движении

Идейные течения Оценка Советского периода Настоящего Будущего Позиция по национальному вопросу Отношение к религии и церкви
Общества Сталина Экономический строй Политический строй
Радикалы (госкаповцы, маоисты, геваристы, троцкисты)

Варианты:

  1. Госкапитализм
  2. Социализм с извращениями
Крайне отрицательная: диктатор, правый перерожденец Капитализм периода первоначального накопления Народные самоуправляемые предприятия Самоуправленческий социализм Ультра-интернационализм: "рабочие не имеют отечества" Резко отрицательное
Консерваторы (ретро-коммунисты, вульгарные сталинисты) Социализм до 1953 г., затем последовательная реставрация капитализма Восторженная: каждый, кто его критикует - враг народа Компрадорский "сионизированный" капитализм Полное огосударствление экономики Диктатура пролетариата вплоть до полного коммунизма. Однопартийная система

Интернационализм с изъятиями:

  1. привкус антисемитизма
  2. готовность к блоку с националистами
В основном отрицательное
Марксисты

Варианты:

  1. Государственный социализм,
  2. Незавершённый переходный период
Взвешенная: выдающийся государственный деятель, организатор и теоретик, совершивший, в то же время, ряд крупных ошибок Капитализм периода первоначального накопления Народный социализм. Различные формы социалистической собственности Многопартийная система. В переходный период - диктатура пролетариата; при социализме - народная демократия Интернационализм в сочетании с социалистическим патриотизмом Отрицательное
Социал-демократы Социализм с извращениями Негативная Либеральный капитализм Равноправие всех форм собственности, социально ориентированная экономика Демократия западного образца Интернационализм Критическое
Национал коммунисты, ("национал меньшевики, православные коммунисты") Социализм В основном положительная: государственник и освободитель от "сионистского" засилья. Главная ошибка: "раскрестьянивание" Криминальный компрадорский капитализм Русский многоукладный социализм "Народовластие" с жёсткой иерархией Национал-патриотизм Положительное

Перспективы выздоровления

Возрождение коммунистического движения исторически неизбежно. Оно произойдет тем скорее, чем быстрее коммунисты поймут необходимость создания нового образа движения, обновления лозунгов, практики и форм политической борьбы. Предстоит политическое и организационное перестроение как сегодняшнего коммунистического, так и всего оппозиционного движения. При нормальном развитии событий должна произойти кристаллизация течений, о которых говорилось выше, и они станут основой для трансформации действующих течений в идеологически однородные партии. Тогда марксисты встанут в один строй с марксистами, социал-демократы уйдут к социал-демократам, народники к народникам, национал-патриоты к национал-патриотам. В итоге, в рамках коммунистического движения могут остаться две партии-консервативная (сталинистская) и прогрессивная (марксистская). Все движение станет сильней и устойчивей, а тактические союзы, которые оно может заключать - более ясными и понятными народу.

Этот процесс будет неизбежно длительным и сложным. Он будет замедляться и искажаться под влиянием как внешних обстоятельств (тех или иных действий режима, развитием международной обстановки), так и внутренних, включая личные взаимоотношения и амбиции лидеров. "Дистиллированных" партий никогда не будет. Но только в таком размежевании - залог возрождения коммунистического движения.

Но с чем обновленное движение должно обращаться к народу? Что необходимо для преодоления кризиса?

Ностальгические настроения, преобладающие среди как национал-коммунистов, так и консерваторов придают всему коммунистическому движению характер старческой угрюмости. Лозунги, состоящие в большинстве из проклятий и угроз в адрес режима, совершенно правильны по существу. Их преобладание во многом объясняются тяжестью повседневного существования, затянувшимися и несбывшимися надеждами на скорое возрождение социализма. Но победить под этими лозунгами нельзя.

Поэтому прежде всего, и в первую очередь, следует преодолеть догматизм в пропаганде и агитации, в тех лозунгах и словах, с которыми мы обращаемся к людям. Партия коммунистов должна освободиться от стереотипов политической борьбы прошлого, быть понятной и интересной для современного человека, владеть современными политическими технологиями. В глазах общества она должна олицетворять не прошлое, пусть даже лучшее, но будущее.

А это социализм на новом этапе, это народный социализм - общество, соединяющее в себе все достижения и ценности первого этапа социалистического строительства с теми важнейшими его свойствами, которые в первые десятилетия после Октябрьской революции еще не могли проявиться в полной мере. Это общество самоуправления трудящихся, сочетающее общественную собственность с политической демократией и в силу этого обеспечивающее принципиально новый уровень развития производительных сил и социальную справедливость. Современным коммунистам необходимо преодолеть навязанную общественному мнению "аксиому": общественная собственность (социализм) - это всегда несвобода, основа свободы - частная собственность (капитализм).

Наша стратегия

Ясно, что социальное расслоение требует от коммунистов проведения различной политики по отношению к разным слоям населения. Следует признать как факт, что недовольство существующим строем, вызванное обнищанием большинства народа, не приводит его автоматически в ряды сторонников социализма.

Большинство общесоциалистических ценностей (социальные права и гарантии, уверенность в завтрашнем дне и разделяют все группы трудящихся. Вместе с тем, каждая из них имеет свои специфические, не противоречащие общим, но наиболее значимые для нее интересы. И у каждой, - как общие, так и свои социально-психологические комплексы, "страхи" перед восстановлением социализма в его прежнем виде. Страхи, имеющие под собой реальные основания, хотя и раздуваемые буржуазной пропагандой до чудовищной лжи.

Сегодня новый пролетариат остается классом "в себе", не сознающим еще своих коренных интересов. Но именно этот класс объективно наиболее последовательный враг буржуазии - единственная сила, способная смести нынешний режим.

Нынешний пролетариат состоит из двух основных частей. Первая - индустриальные рабочие - 10 миллионов человек, около 12 процентов трудоспособного населения России. Их главные интересы: реальное участие в управлении производством и решении социальных вопросов на предприятии, активно действующие профсоюзы, стабильное производство, "нормальный" заработок. Они (в массе своей) ненавидят разрыв между словом и делом, характерный для "старой" КПСС, социальную демагогию, чинопочитание, бюрократизм.

Вторая часть современного пролетариата - массовая интеллигенция: инженеры, специалисты, научные работники, преподаватели, врачи и другие "пролетарии умственного труда". Это еще около 14 миллионов человек, составляющих вместе с индустриальными рабочими почти треть всех трудоспособных. Их "болевые точки": возможность самореализации, творческая независимость, права человека, личная и политическая свобода.

Огромную массу - почти половину экономически активного населения России, составляют сегодня рабочие непроизводственных отраслей и сельского хозяйства, массовые профессии торговли и сервиса, мелкие служащие, низшие слои пролетариата, маргинальные слои: лица без профессии и безработные. Эта часть населения является, в среднем, наименее образованной, наименее квалифицированной, наименее сознательной и наименее организованной. Именно эта часть наиболее социально и политически пассивна. В силу этого, полупролетарская масса не может быть ведущей социальной силой. Она может быть только ведомой. Именно за неё ведут борьбу все политические силы России - от крайне левых, до крайне правых. Именно она может стать массовой базой как для реакционных (националистических и профашистских) сил, так и для революционного движения.

Коммунисты должны гарантировать выполнение социальных запросов этого слоя. Среди них: обеспечение полной занятости, оплата труда не ниже прожиточного минимума, защита от произвола нанимателей, возможность бесплатного переобучения и повышения квалификации, возвращения к своей основной профессии.

Третья группа - чрезвычайно пёстрая по составу мелкая буржуазия: низшая часть средних и все мелкие предприниматели, фермеры, рабочая аристократия, средний слой менеджеров и т. п. Она включает ещё около 10 миллионов человек. В точном соответствии с марксизмом это наименее стабильная часть общества. Ежедневно и ежечасно она рождает, выталкивая из себя "вверх", крупную буржуазию и ещё более часто "вниз" - в пролетариат, своих разорившихся представителей. Её двойственное положение определяет и её неустойчивые политические симпатии. Колеблясь между "левым центром" и крайне правыми, она остаётся сегодня социальной и политической опорой буржуазного строя. Но ни челноки, ни фермеры, ни молодые люди, подавшиеся в частные охранные предприятия, ни даже управляющие средней руки не враги современному пролетариату. Как и не друзья. Задача - в предстоящих классовых столкновениях нейтрализовать мелкую буржуазию, не допустить её использования в массовых масштабах на стороне режима, ультраправых и националистических сил.

Для этого коммунистам надо твердо заявить, что после прихода к власти мелкая частная собственность экспроприироваться не будет, что общественная (общенародная и кооперативная) собственность будет доказывать своё преимущество в экономическом соревновании.

И необходимо убедить все слои - личная инициатива и предприимчивость, обращенные на общее благо будут высоко оцениваться.

Итак, задача внесения социалистического сознания в ряды современного пролетариата, а затем и руководимого им полупролетариата, как и сто лет назад, встаёт перед нами практически заново. Перед нами - это значит перед коммунистами, стоящими на позициях марксизма, перед их руководителями и теоретиками, перед печатными органами, пропагандистами и агитаторами коммунистического движения. Наша стратегия: организовать и придать пролетарскому движению социалистический характер, чтобы оно в союзе с полупролетарскими слоями города и деревни, и нейтрализуя мелкую буржуазию, свергло власть крупного капитала, а вместе с ней и буржуазный строй.

Революционная энергия протеста, энергия ненависти к существующему режиму, должна быть дополнена, "оплодотворена" современной социалистической идеологией с мощной гуманистической составляющей. Изначально базовыми ценностями коммунистической идеологии в ее марксистском понимании была свобода человека и возможность его личностного развития.

Слова Маркса: "Коммунизм - это реальный гуманизм" должны стать знаменем коммунистического движения.

.

 

© Российская коммунистическая партия - КПСС, 2003-2004. Все права защищены.

 

Hosted by uCoz